Почти четыре мушкетера - Черное Пречерное Чудище...

Летний полдень на даче располагает к лени, полудреме и неторопливости. Стеша с Полькой сопели дуэтом в тенечке. Яша лениво валялся у крыльца, катал в лапах яблоко, найденное неподалеку, и размышлял. Задача была нелегкая. Можно было съесть это яблоко, но оно кислое, потому как рядом с домом растет зимняя яблоня, и яблоки на ней еще не до конца созрели. А можно пойти к сараю и поискать на земле сладкую полосатую коричневку, но для этого надо оторвать попу и заняться поисками, потому как сладкие яблочки быстро подбирают, едва они упадут… а идти лень, так хорошо лежать тут, дремать… но яблочко он съел бы, а то, которое в лапах - кислое… а за сладким надо идти…  Нелегкие раздумья были прерваны появлением Кубика, он вынырнул откуда-то из-за малого домика, который теперь назывался «собачьим», поскольку был отдан в полное распоряжение собак. Кубика распирала какая-то новость, поэтому он был энергичен и не разделял всеобщей полуденной расслабленности. Полька сквозь сон почувствовала, что что-то затевается. Она мгновенно вскинулась, как солдат по тревоге, немедленно и безжалостно растолкала Стешу и теперь обе – клюющая носом Стеша и азартная Полька вопросительно взирали на Кубика.
- Дай яблочко, Толстый! – Кубик ловко лапой, как футболист, поддел яблоко и с удовольствем взгрызся в него зубами. Яшка не возражал, он уже решил про себя, что сладкое яблоко лучше кислого, и потому не очень-то и жалко, и тоже с любопытством ждал, что же за новость принес Кубик.
Кубик убедился, что «мушкетеры» умирают от любопытства, и значительно произнес:
- У нас в зарослях за сараем в черной-пречерной норе живет черное-пречерное Чудище. Оно ходит по ночам и ищет себе жертву. А кого найдет, утаскивает в свою черную-пречерную нору, и кого оно утащит, больше никогда назад не возвращается…,- Кубик победно оглядел притихшую гвардию.
- Тебе голову не напекло? – участливо спросила Стеша, - ты откуда эту байку принес?
- И ничего не байка!!! – возмутился Кубик, - Мне Бимка рассказал, а он сам поздно ночью Чудище видел, издалека правда, как оно жертву волокло к себе в нору… жертва не шевелилась уже, наверно насмерть загрыз…
Квартет примолк. Бим – это соседский пес, кстати, очень напоминает чем-то хина, наверняка какой-нибудь его далекий предок был породы «хочу быть хином». Подозреваю, что соседи, насмотревшись на наших собак, решили купить себе на Птичьем рынке «такого же хина, только подешевле». Если не принимать во внимание убойно-помесный экстерьер, в остальном Бим - милейший пес, который без устали охраняет свой участок, и бдит еще и соседские, по мере сил. Если уж Бим ВИДЕЛ черное-пречерное Чудище…
- А… а… а днем Чудище никого не утаскивает? – покосился на сарай Яшка. Как же теперь сладкая коричневка – пронеслась печальная мысль…
- Бим говорит, днем не видел, оно наверно «ведет ночной образ жизни», - важно изрек Кубик. «Мушкетеры» с уважением уставились на него, вот это излагает, где только научился. Кубик смутился:
- это Бим так говорит, а он слышал по телевизору.
- Ну, раз «ночной образ жизни», значит днем Чудище никакого образа жизни не ведет, может оно вообще днем не может на свет выползать, я тоже видела по телевизору про таких – вампиры называются, - блеснула эрудицией Полька, - ой, ребята, а вдруг у нас за сараем настоящий вампир живет!!!
Все посмотрели на сарай и буйные заросли вокруг. Маленький сарайчик, который раньше служил летним душем, после появления в доме благ цивилизации стал складом для всякого хлама, который на даче вроде бы и не нужен, а выбросить жалко. Вокруг него буйно и неконтролируемо разрослась малина и смородина, молодые одичавшие побеги вишни, сливы и еще какие-то кусты. Все это переплелось, спуталось, и в углу участка образовался кусок джунглей. Вырубать все это и наводить порядок, было, разумеется, лень, и вот теперь джунгли видимо стали заселяться.
- Я предлагаю пойти всем вместе и посмотреть, - Кубик принял мужественную позу, - мы только разведаем, а потом решим, что делать.
Яшка, памятуя свой опыт с ТЕМ, кто сидел за досками, как-то не особенно горел энтузиазмом. Но восторженный взгляд Полины и вера в его геройские качества заставили его идти совершать очередной подвиг. Стеша скептически оглядела воинственно настроенных «Д’Артаньяна» и «Портоса»:
- А если вас в зарослях сожрет Чудище, можно я тогда заберу мячик Кубика себе?
Герои от возмущения даже не нашли слов, Стеша рассмеялась:
- Да ладно, пошутила я. Будем с Полькой защищать вас изо всех сил! Пойдемте уже…
Под переплетенными лианами дачных джунглей было влажно и темновато, солнышко не пробивалось сквозь густые ветки. Друзья крались по зарослям, впереди – Кубик с Яшкой и потом девчонки, готовые завизжать и разразиться лаем от любой неожиданности. Яшка увидел крупное полосатое наливное яблоко, оно лежало чуть в сторонке, из просвета между ветками на него падал лучик солнца, и яблоко словно светилось изнутри, и пахло, так сладко… Яшка сглотнул слюну и сделал шаг в сторону яблока. Вдруг, из-под сарая послышался шорох. Девчонки тихо взвизгнули, герои остановились и прислушались. Шорох повторился. Из черной-пречерной дыры под сараем раздалось кряхтение, а потом сварливый голос:
- А ну пошли вон отсюда!!! Попробуйте только мое яблоко тронуть! Как выскочу – всем не поздоровится!!!
- Ой, мамочки!!! Чудище разговаривает, - пискнула Полька.
- Сама ты Чудище! Мышь волосатая!!!, - фыркнуло из норы.
Поскольку Чудище не собиралось есть их сразу, а вроде бы вступило в переговоры, Кубик осторожно подошел к норе и заглянул туда. И тут, громко фыркая, и грозно растопырив во все стороны иголки, из норы вылетел большой сердитый еж, который казался огромным колючим пыхтящим шаром. Кубик от неожиданности отпрянул, налетел на Яшку, и оба чуть не упали от такой яростной атаки.
- Чего приперлись? Чего вынюхиваете? Я вас сюда звал? – продолжал сердиться еж.
- Ну, знаете! – у Кубика от возмущения даже страх прошел, - Вы, между прочим, на нашей земле находитесь! Что вы делаете под нашим сараем?
- Что-что… живу я здесь! Уже неделю… Эх, - еж горестно опустил иголки, - мою-то нору засыпали, когда у соседей ваших брошенный участок разбирали. Завалили, разрушили мой дом… Я только-только отыскал подходящую нору себе, только обустраиваться начал, и что ж значит – опять беженцем делаться… На других участках-то свои ежи есть, они не больно-то пустят к себе. А тут собак много, ежи не хотят тут селиться. Вот я потихоньку местечко себе и облюбовал. Ан вон как дело-то обернулось… Ну что, узелок-то мне собирать? Опять бродяжничать?
- А вы, дядечка, часом не бешенный, - с подозрением спросила бдительная Стеша, - много вас тут таких ходит…
- Тьфу, типун тебе на язык!!! Ну какой же я бешенный, ежели до сих пор вон с тобой разговариваю и не перекусал вас всех!!!
- Ой, дядечка, - Полька прямо прослезилась, - ну куда ж вы пойдете! Вы не обижайтесь на мальчишек, просто мы думали тут Чудище живет…
- А чего он сразу фыркает! Пугает, прогоняет с нашего же участка… Сказал бы все как есть, разве ж мы бы его прогнали, - пробормотал Кубик, которого тоже тронула несчастная судьба бездомного ежа.
Яшка подкатил ему яблоко:
- На, бери, ты же голодный наверно…
Еж хитро усмехнулся:
- Да, не… мы на самом деле насекомых едим, червяков, ну ящерку или змею, если попадется. Очень молоко люблю, но я его всего один раз пил… А яблоки мы не особенно уважаем. Это я так, чтобы попугать сказал. Вы ребятки, не говорите никому, что я тут обосновался, а? А я за участком пригляжу, чтобы змеи не тревожили.
Вечером ко мне тихонько пришла вся «мушкетерская четверка».
- Мам, мы тебе секрет скажем, а ты за это блюдечко молока отнесешь нашему ежу…
В сумерках мы все вместе понесли в «джунгли» блюдечко молока нашему Чудищу. Очень оно теперь молоко уважает, и корм собачий тоже с удовольствием ест.

ШИЛОВА ЕЛЕНА